ПЕРВАЯ ВЕЧЕРНЯЯ ГАЗЕТА СТОЛИЦЫ
НЕФТИ И ГАЗА РОССИИ
Реклама  
Пятница, 03 Июнь 2016 13:33

ОН ТАК И НЕ ПОНЯЛ, ЗА ЧТО СИДИТ

Автор  Виктор Егоров
Оцените материал
(0 голосов)

222Строителей в Тюмени много, но не каждого судили три раза. Первый суд вынес приговор – 11 лет лишения свободы, второй раз – 9 лет, а третий суд еще идет.
И все судебные дела случились не за долгий период, например, начались в сталинские эпоху, потом продолжились в брежневские и перестроечные годы. Нет, все три судебных процесса плотно сконцентрировались в промежуток последних пяти лет, то есть, с 2010 года по 2016.
Кто же этот злостный преступник-рецидивист, которого крошит и плющит мощными ударами возмездия карающая палица российского правосудия? Что он натворил столь бесчеловечного и ужасного, что получает наказание, как убийца и насильник?
Это Евгений Васильевич Долгих, доктор физико-математических наук, бывший преподаватель нефтегазового университета, глава большой семьи и отец трех несовершеннолетних детей.
В недавнем прошлом, до октября 2008 года, директор процветающей тюменской фирмы «Солитон – офис», которая вела строительство двух бизнес-центров и одной жилой высотки на улице Мельникайте.
По каким статьям осужден? За госизмену, за экстремизм или терроризм? За мошенничество. Ага, становится как-то понятней логика судебного преследования: мошенники – они упорные, их никакая тюрьма не перевоспитает. Его наказали, а он опять за свое, только на более высоком «профессиональном» уровне.
Я отношусь к рецидивистам-мошенникам точно так же, как и все граждане – коли не раскаялся и не бросил свое вредное занятие, сиди в тюрьме. И меня бы не расчувствовали такие факторы, как высокая научная степень и наличие маленьких детей. Жалко детишек, ну, а что делать, если их папаша людей обманывает?
Когда меня в первый раз попросили замолвить слово в защиту Евгения Васильевича и назвали статью, по которой он осужден, я сразу сказал: «Не буду это делать ни за какие деньги». Мне ответили: «Мы и не предлагаем за деньги. Просим вникнуть и высказать то, что вам сердце подскажет».
– Причем тут сердце? – весьма недружелюбно отреагировал я на просьбу, – вы на «защите» осужденного денежку зарабатываете, а я к вашей денежке должен свое сердце прикладывать?
– Ничего мы не зарабатываем. Это – дело чести.
Беседовали со мной два солидных мужика. Один – Александр Васильевич Терентьев, бывший офицер милиции, сейчас адвокат, другой – Салават Бурундуков, тоже бывший офицер милиции и позже работник тюменской городской администрации. Говорили не о деньгах, не о статейке за рублики, а о чести. А я по опыту знаю, что когда серьезные взрослые люди говорят о чести, упоминание про денежную мзду действительно неуместно.
Заинтересовался, захотел если уж не «вникнуть», то хотя бы узнать некоторые подробности «дела чести».
Первое, что мне показалось странным – приговор Центрального районного суда о лишении строителя Е.В. Долгих свободы на 11 лет был отменен. Когда апелляция покинула областные инстанции и дошла до Верховного Суда, мошенничество переквалифицировали в недобросовестное предпринимательство, наказание вынесли – 9 месяцев колонии-поселения и тут же выпустили на свободу, учтя время, проведенное в СИЗО.
Представляете, 11 лет заменили на 9 месяцев, это как такое возможно? Если бы Долгих был родственником кого-то из друзей президента, то был бы повод найти убедительное объяснение. Я, естественно, начал выспрашивать у защитников чести, какой кремлевский «Афоня» ему родственник. Никакой. Евгений Васильевич из обычной сибирской семьи. У него в роду есть старообрядческие корни, но в данном случае это никак не могло поспособствовать столь чудесному освобождению из тюрьмы.
Может, олигархи по какой-нибудь тайной дружбе отстегнули миллион долларов работникам аппарата Верховного Суда за честь доктора наук? Грешно строить такие предположения, но вы же знаете интернет-слухи, что у нас любого можно освободить за коробку аппетитных «лимонов» с зеленой шкуркой.
Любого освободить, любого посадить.
Выяснилось, что и тайных друзей среди олигархов у тюменского строителя нет, и Обама с Меркель – знать не знают о его судьбе и принять участие в чудесном выходе из застенков тоже не могли.
Так может, он сам – «буратино», что позолотил чью-то московскую лисью лапку? Мои собеседники грустно улыбались: да, все его объекты, техника, материалы, земельные участки в общей сумме стоили 500 миллионов рублей, но его обанкротили и сделали нищим, который и двух миллионов нашенских бумажек для судьи бы не нашел. А если бы и нашел, все равно бы не дал, так как считает себя невиновным и в сделках с правосудием принимать участие категорически отказался.
Дело чести – сложное дело, гораздо сложнее сделок по купле-продаже.
Будем считать, что с первым судом Евгению Долгих повезло. Чудеса и вправду иногда случаются.
Вот он возвращается к семье, дочки подросли, пятилетний сын Егор наконец-то увидел папу не глазами малыша-крохи, а уже гораздо более осмысленным взором взрослеющего мальчика.
В апреле 2013 года освободился, а летом того же года – опять в суд. В недрах тюменских следственных отделов созрело новое уголовное дело. Человек не занимался никакими предпринимательскими проектами, человек обанкрочен и оставил все дела, какое же новое преступление в экономической сфере он успел совершить?
Нового – никакого, его потащили в суд по старому. Он строил в 2008 году два бизнес-центра и жилую высотку. Первый раз его судили по «эпизодам», связанным с возведением бизнес-центра по адресу Мельникайте, 63. Теперь подошла очередь судить по «эпизодам» жилой высотки на Мельникайте, 129.
Он в костюме, белой рубашке, с портфелем стоит перед судьей, и они долго смотрят друг другу в глаза. Судья – та же самая, что судила первый раз и дала ему в тот раз 11 лет тюрьмы. А он перед ней стоит – свободным человеком в костюме.
Разумеется, и он, и его адвокат начинают объяснять судье, что объекты строились одновременно одной фирмой с одним директором в одной и той же ситуации экономического кризиса. Все его действия были одинаковыми по всем трем объектам, бухгалтерия и финансовая деятельность охватывала три объекта сразу, и обстоятельства этой деятельности подробно изучены в ходе прошлых судебных заседаний. Верховный Суд дал оценку его правонарушениям. Почему за одно и то же его судят во второй раз?
Судья, как вы знаете, на вопросы подсудимых не отвечает. И она вновь начала устанавливать факт мошенничества по мошеннической статье.
И установила. И дала – 9 лет. И он вновь сидит. А попутно сейчас идет судебное разбирательство по третьему делу – бизнес-центру на улице Одесская, 7. Если вдруг опять случится чудо, и он вновь нарисуется в суде в белой рубашке и костюме свободного человека, ему, скорее всего, выпишут третий приговор. Все по тем же объектам 2008 года.
Я думал, такая череда приговоров ожидает только политических оппозиционеров. Оказывается, обычных предпринимателей, рядовых тюменских застройщиков, которые не лезли в политику, не участвовали в грызне за депутатские мандаты, никак себя не проявляли на площадях и митингах, эта участь тоже может настигнуть.
Давайте попробуем оправдать судью, а не подсудимого. Она стоит на защите интересов народа и государства, важно понять, почему она сурова и неумолима. Анализируем дело, читаем протоколы, осмысливаем выводы правоохранителя.
Итак, шестнадцатиэтажный жилой дом на улице Мельникайте. Год 2008 – год кризисный, нестабильный, дольщики, конечно же, беспокоятся, будет ли дом вовремя достроен и сдан. Дольщиков – 150 человек. Они видят, что темп строительства упал. И хотя дом почти готов, и уже многие начинают в своих квартирах устанавливать сантехнику и уже занимаются окончательной отделкой, 17 дольщиков принимают решение забрать деньги обратно. Кто-то посчитал, что за свои деньги он купит у другого застройщика квартиру большей площади, у кого-то жизненные планы поменялись. Евгений Долгих уговаривает дольщиков не забирать деньги, клятвенно заверяет, что дом будет достроен и успешно сдан, и все условия предварительных договоров долевого участия будут выполнены.
Квартиры «отказников» он начинает продавать другим людям, но – полученные деньги вновь запускает в строительный оборот и не расплачивается с теми, кто ждет, когда он выдаст им полтора миллиона рублей, что они требуют возвратить.
Понятно, что дольщики нервничают и жутко недовольны. Они попадают в разряд «обманутых дольщиков».
Согласен с выводом суда, что Евгений Долгих имел возможность расплатиться с 17 дольщиками, но не расплатился. Он должен был отдать им их деньги. А он хотел спасти объект. Спасти интересы 133 дольщиков, пожертвовав временно интересами 17 человек.
Это мошенничество? Что-то неприятное в его действиях есть. А кому приятно, когда тебе говорят, деньги верну через месяц, а не возвращают даже через полгода? Но деньги то не себе брал, ведь в судебном решении четко указано, что «когда квартиры продавались во второй раз, то денежные средства, по указанию Долгих Е.В. шли на выплату заработной платы работников, уплату налогов и возврат кредитов».
Это подтвердили все свидетели, все руководящие сотрудники «Солитон-офиса». Понимаете, он не в оффшор деньги загонял, не острова в Комбодже покупал, не пропивал и не тратил их на девочек. Он свой бизнес спасал. Все же судья должна это понимать. Потерпевших проходит по делу пять человек, пять обманутых дольщиков. Он не вернул им около 14 миллионов рублей. По нынешним судебным меркам – мошенничество в особо крупном размере. 9 лет.
Справедливо? Какое-то чувство в глубине души отвечает: это слишком сурово. Ему – 65 лет. Для него такой тюремный срок – это почти пожизненно.
Давайте встанем на сторону обманутых людей. Им без разницы, чего там спасал товарищ Долгих. Взял деньги, верни. Или квартирой, или наличными. Квартирой не хотим, верни наличными. Обратились они за помощью к государству. И что, вернуло им государство?
Решением арбитражного суда Евгений Долгих был признан банкротом, расплачиваться с долгами назначили арбитражного управляющего по фамилии Элькис. Этот Элькис своим первым приказом уволил Долгих с должности директора и вообще прогнал из фирмы. Сам все распродавал и сам со всеми субподрядчиками и дольщиками расплачивался. Земельные участки, незавершенка, техника, офисы – все продал.
А 14 миллионов вернул дольщикам? Нет. Имущество на 500 миллионов расфуговал, но деньги людям так и не вернул.
Себе на зарплату этот Элькис потратил почти 40 миллионов рублей. А потом сбежал в Канаду и остался там на постоянное место жительства. Вот как выгодно быть арбитражным управляющим, вот как доходно рулить от лица государства.
Знаете, кто расплачивался с дольщиками «Солитона»? Государство в лице тюменского АИЖК. Практически, это мы с вами расплатились с дольщиками, но вины Евгения Долгих в этом нет. Тут уж все претензии к новоявленному гражданину Канады Элькису. Причем, дали дольщикам за переуступку прав на квартиры по 20 тысяч рублей за квадратный метр, в два раза ниже рыночной цены. Половину своих денег они все-таки потеряли. А те, кто продолжал верить в то, что дом будет благополучно сдан, уже давно вселились в него и много лет в нем живут.
Так кто же в этом деле проявил больше способностей к мошенничеству, застройщик Евгений Долгих или представитель государства В. Элькис? Хочу процитировать в качестве ответа на вопрос текст обращения к общественности адвоката Терентьева:
«Элькис В.Х., в нарушение требований ФЗ «О несостоятельности (банкротстве), обязывающих его действовать в интересах всех кредиторов и должника, сфальцифицировал электронные торги по продаже имущества путем включения в список участников только аффилированных с председателем совета кредиторов Дубровским Алексеем Николаевичем физических лиц. В результате этого Дубровскому А.Н. досталось имущество ООО «Солитон-офис» по цене в десятки раз дешевле номинальной стоимости, в том числе, недостроенный объект недвижимости по улице Одесская, 7, стоимостью порядка 150 миллионов рублей он приобрел за 9 миллионов рублей, который затем продал в ПСК «Дом» в десять раз дороже. Фактически, Элькис и Дубровский под видом конкурсного производства занимались разграблением имущества ООО «Солитон-офис», что явилось причиной неудовлетворения требований других кредиторов».
Обманутые дольщики так и не узнали, кто реально нажился на их горе.
Тут мелькнула фамилия Дубровского. Самый известный тюменский рейдер Алексей Дубровский самым активным образом участвовал в пиршестве над телом раненого кризисом застройщика. Исклевал все до последней косточки. А это ведь не просто орел с большим клювом и широкими крыльями, это личный друг и компаньон некоторых бывших и нынешних депутатов городской думы. Да и не только городской.
Если Евгений Долгих сидит, несмотря на все чудеса, он сидит не потому, что он злостный мошенник, а потому что орлы не любят, когда скелеты начинают оживать, выходить из темниц и появляться, как привидения, с укором в глазницах и напоминанием о предстоящем чистилище в местах неземных и отдаленных.
Недавно я позвонил супруге Евгения Долгих, пояснил, что хотелось бы поговорить с ней, кружечку чая выпить, может, какой вопрос задать, послушать. Ирина приехала.
– Как вы? – спросил, глянув на лицо красивой, но очень усталой женщины.
– Ждем папу. Я много работаю репетитором, готовлю школьников к ЕГЭ по английскому языку, зарабатываю сама. Старшая дочь, Анастасия, мне по дому во всем помогает, средняя, Стефания, тоже.
– А Егор?
– Ему семь лет, он все ждет, когда с отцом газон будет стричь. Никому не разрешает к траве прикасаться, говорит, что это могут делать только они вдвоем. Он и папа. А Кирилл, самый старший, он уже самостоятельно живет.
– Как Евгений?
– Женя так и не может понять, за что он сидит. Пишет письма руководителям государства, апелляции. Я ему говорю, перестань, Женя. Пока ты их пишешь, ты будешь сидеть. Успокойся. Но вот родители заложили в его характер этот стержень – все должно быть справедливо. И никак он не соглашается принять другие правила. Как бы это сформулировать – ему не по душе мудрость российского бизнесмена. Он идеалист, вел дела по-европейски, отказывался от разборок, от задоцелуйства…
– От чего, Ирина, я последнее слово не расслышал?
– Ну, если по-русски – зад целовать. Я не хочу грубо говорить. От Женя никогда я матершинных слов не слышала, мы все привыкли не употреблять бранных слов. Он нас все время оберегал. Когда его машину обстреляли, он ничего мне не сказал. Я его позже укоряла, а он ответил: «Боялся, что у тебя пропадет грудное молоко». Это в 2008 году было. Не такой он, как другие. Сейчас вот только на чудо надеемся. Больше не на что.
Когда мы расстались с Ириной, я сложил все судебные бумаги и сунул их ворохом в сумку. Зачем читал их, зачем мне надо было узнать всю эту «физико-математическую» науку успеха и падения, нормальной жизни и анормального выживания?
Ведь есть Верховный Судья и есть Окончательный Приговор, для нас для всех давно написанный.
А дело чести – это, случайно, не та ли запись в протоколе жизни, что может изменить итог небесных слушаний?
333Виктор Егоров, народный депутат Верховного Совета РСФСР первого созыва

Прочитано 3779 раз
Другие материалы в этой категории: « УНЕСЕННЫЕ ЛЕГЕНДОЙ
comments powered by Disqus