ПЕРВАЯ ВЕЧЕРНЯЯ ГАЗЕТА СТОЛИЦЫ
НЕФТИ И ГАЗА РОССИИ
Реклама  
Воскресенье, 21 Ноябрь 2010 00:54

Охота на мысли

Автор 
Оцените материал
(0 голосов)
Охота на мыслиПредставителя Совета инициативных групп граждан Тюмени будут судить
10 ноября, прокуратура Тюменской области направила в суд уголовное дело в отношении преподавателя Тюменского государственного университета 29-летнего Андрея Кутузова, обвиняемого в публичных призывах к осуществлению экстремистской деятельности.
Как сообщили в прокуратуре Тюменской области, 30 октября 2009 года он организовал в Тюмени митинг с целью выражения протеста против деятельности центров «Э» департамента по противодействию экстремизма МВД России и требований о закрытии и расформировании указанных центров. В ходе митинга Кутузов, по мнению следствия, раздал нескольким гражданам листовки, в которых, по мнению следствия, содержались публичные призывы к экстремизму, а именно, к осуществлению насильственных действий в отношении сотрудников Центра по противодействию экстремизму ГУВД по Тюменской области. Андрею Кутузову предъявлено обвинение по части 1 статьи 280 Уголовного кодекса РФ («Публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности»).

Комментарий обвиняемого Андрея Кутузова,  опубликованный на сайте golosa.info
У нас в стране есть такой интересный стереотип – «милиция просто так дела не заводит, раз взяли тебя в оборот, значит, заслужил чем-то». В последнее время, правда, этот стереотип сдал позиции, но всё ещё силён. Напоминать про то, что виновность у нас определяет не следствие, а суд, обычно бесполезно. Но я попробую напомнить.
Так вот, у меня закончилось ознакомление с делом. Да, тем самым делом по статье 280 часть 1 (Публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности). Антисоветчина, короче.
На всякий случай, излагаю кратко суть. Региональное управление ФСБ по Тюменской области обвиняет меня в том, что на митинге 30 октября 2009 года я раздавал прохожим листовку весьма экстремистского содержания. В частности, в листовке фигурируют фразы вроде «ментов к стенке» и «разрисовывайте стены тюменского Центра по борьбе с экстремизмом».
Как развивались события? Итак, 30 октября прошлого года в Тюмени действительно прошёл митинг за расформирование центров «Э» (в рамках общероссийской кампании), и я был одним из его организаторов. Акция прошла нормально, милиция присутствовала в огромных количествах, но не вмешивалась, завершилось всё мирно, без каких-либо инцидентов.
Общероссийская кампания «Экстремизма.нет» была широкой, но заявленных целей не достигла – Департамент по борьбе с экстремизмом никто не расформировал, уголовные дела по «экстремистским» статьям никто не закрыл. Ну что ж – участвовавшие движения и индивидуальные активисты переключились на другие дела, не забывая, конечно, при случае высказать своё мнение о политических преследованиях (ради которых и создавались центры «Э»). Так поступили и тюменские анархисты, а о митинге 30 октября лишь вспоминали иногда при случае – «вот, красиво там было, темнота, файер-шоу, музыка...» Оказалось, зря забыли.
Через полгода после митинга, в апреле 2010 у меня неожиданно прошёл обыск, после которого я просидел 48 часов в изоляторе. Выяснилось, что начиная с ноября 2009 года ФСБ совместно с тюменским центром «Э» ведут уголовное дело по факту распространения 30 октября тех самых экстремистских листовок. Листовки эти (судя по материалам дела) отнёс в отделение милиции на следующий день после митинга некий человек, которому их дали на митинге. Милиция переправила их в «Э», ну и закрутилось.
ФСБ долго искала, кто бы мог распространять эти листовки. Как искала – мне неведомо. Но чудесным образом нашла ещё нескольких людей с такими листовками (все они мне незнакомы). Тут следует отметить, что и я, и другие организаторы митинга совершенно точно помнят, что такой листовки там не было и не могло быть по многим причинам. Затем (опять же судя по материалам дела) ФСБ провела некие «оперативно-розыскные мероприятия» и установила, что раздавать экстремистские листовки мог именно я. Ну вот так решили следователи. Соответственно, как я уже говорил, провели обыск – как обычно, большой толпой и рано утром. Адвокат мой приехал только под конец обыска. «Нашли» несколько тех самых листовок, про которые я сразу сказал, что это не моё. Изъяли компьютеры, принтер и уйму литературы. Отвезли в ФСБ и провели «опознание» теми самыми загадочными «свидетелями». «Свидетели» уверенным движением руки указали на меня, как на человека, который дал им полгода назад на тёмной площади экстремистскую листовку. Тут меня и упекли в изолятор на двое суток, и я стал подозреваемым, а с недавних пор – обвиняемым.
Потом происходило ещё много интересного. Например, следователь потребовал у меня подписку о неразглашении данных следствия, а суд признал эти действия следователя незаконными. Потом мы требовали отдать мне компьютеры, потому что ФСБ два месяца ничего с ними не делало. Следователь сказал «ищем специалиста» и суд это устроило. ФСБ провела экспертизу остальных изъятых у меня материалов и нашла, в частности, экстремизм в статье убитого адвоката Станислава Маркелова, опубликованной в журнале «Автоном». ФСБ же провела техническую экспертизу, которая выяснила, что «следы бумагопротяжного механизма» на страницах некоторых из экстремистских листовок «совпадают с контрольными образцами», напечатанными на моём принтере. Видимо, остальные листовки печатали мои безвестные сообщники.
Мы с защитником – адвокатом  Ладиным с самого начала обращали внимание следствия на то, что «экстремистская» листовка является компиляцией из текстов, опубликованных мной на golosa.info по теме митинга, с несколькими добавлениями, конкретно подпадающими под статью 280 УК РФ. То есть, имеет место намеренная фальсификация с целью дискредитации. Поэтому мы ходатайствовали о проведении автороведческой экспертизы. Её провели одновременно эксперт ФСБ из Екатеринбурга госпожа Мочалова (известная своими экспертизами по «экстремистским» делам), эксперт-лингвист из Тюмени и целая команда лингвистов из Нижегородского государственного университета. Мочалова (ну, конечно же!) пришла к немудреному выводу, что раз некоторые фрагменты листовки и текстов в интернете совпадают, то и автор у них, разумеется, один.
Однако, другие учёные с ней не согласились. Тюменский лингвист пишет, что в листовке есть инородные фрагменты, отличающиеся от исходных текстов коммуникативно и стилистически. Не совпадает с моей и лексика. В общем, вывод там такой, что в моём авторстве листовки можно усомниться. То же самое и нижегородцы: инородные фрагменты, пишут они, могут быть истолкованы как принадлежащие лицу с иным уровнем образования и грамотности (там действительно орфографические ошибки в листовке). Они тоже отмечают, что фрагменты эти совершенно иной коммуникативной направленности. Кроме того, этот коллектив экспертов приходит к выводу, что квалификация выявленных в листовке призывов как экстремистских вообще «не относится к компетенции психолого-лингвистического исследования». То есть, предыдущие ФСБшные «экспертизы» просто подгонялись под то, что было нужно следствию. А так-то действительно не дело лингвиста определять, что экстремизм, а что нет. Это делает суд, по идее. Все эти экспертизы сейчас приобщены к делу, уж не знаю, как суд будет в них разбираться. Адвокат в понедельник подал следователю три ходатайства:
1) Прекратить уголовное дело, поскольку в нём присутствуют неустранимые сомнения (конфликтующие лингвистические экспертизы).
2) Если дело не прекращается, убрать из вещдоков мой компьютер (ноутбук вернули ранее), поскольку в деле фигурирует только то, что на нём нашли (ничего себе!) фотографии с митинга. Эти фотографии в великом множестве висят и висели в Интернете и не доказывают ни изготовления ни распространения злокозненной листовки. Поэтому вещественным доказательством он не является и должен быть возвращён законному владельцу, то есть, мне.
3) Вызвать в суд всех экспертов, участвовавших в деле.
Когда следователь ответит на все эти ходатайства (посмотрим, как), он должен отправить дело в прокуратуру. Ну а там, если она не найдёт нарушений, то и в суд уйдёт. Цирк с конями продолжается. Охота на мыслепреступления в полном разгаре.

Р. S.  В настоящее время следователем вынесено постановление о полном отказе в удовлетворении ходатайства. Если отказ в прекращении уголовного дела на стадии предварительного расследования был прогнозируем, то вызывает удивление, что следователь отказал защите в вызове в суд экспертов, которыми было сделано заключение об экстремистской направленности листовок и авторстве Кутузова. Видимо следствие пытается оградить экспертов от «неудобных» вопросов защиты. Отказ в возврате системного блока компьютера то же, по мнению защиты, аргументирован весьма формально и не выдерживает критики.

Реплика депутата Верховного Совета РСФСР
Первого Созыва Егорова Виктора Алексеевича:

– Андрей Кутузов  – преподаватель тюменского госуниверситета, кандидат наук, его многие знают, потому что он один из настоящих, реальных гражданских активистов нашего города. Прекрасно мыслит, прекрасно пишет, стойко сражается умом и словом. Я много раз видел его на митингах, вместе с ним участвовал в организации митингов – никогда и нигде не замечал в нем экстремистких наклонностей. Единственное, в чем он точно «замечен и уличен» – в гражданском неравнодушии к судьбе граждан и страны.
И вот за это его и собираются судить.
Прочитано 2549 раз Последнее изменение Четверг, 15 Ноябрь 2012 21:50
Другие материалы в этой категории: « Хроника событий Цивилизация выборов »
comments powered by Disqus