ПЕРВАЯ ВЕЧЕРНЯЯ ГАЗЕТА СТОЛИЦЫ
НЕФТИ И ГАЗА РОССИИ
Реклама  
Среда, 26 Февраль 2014 11:55

Помни о матери

Автор  Марина, 32 года
Оцените материал
(0 голосов)

shutterstock 147979856Пока мама была жива, я не успела сказать ей о самом главном – что очень ее люблю. И теперь угрызения совести не дают мне спокойно жить.

Социальные сети изобилуют всевозможными статусами. В ленте каждый день появляются десятки умных высказываний о семейных взаимоотношениях, в числе которых призыв ценить своих матерей. «Любовь матери – единственная любовь, от которой нельзя ждать измены», «Вы не перестанете быть ребенком, пока у вас есть мама», «Никогда не делай маме больно, ведь с каждой слезинкой утекает минутка ее драгоценной жизни». Я не заостряла внимание на этих фразах, на автомате ставила «класс» и крутила дальше колесико мышки. Судя по их количеству, гости моей странички наверняка думали, что я идеальная дочь – заботливая, нежная, отзывчивая. Но это далеко не так. Я потеряла маму полгода назад, и с тех пор каждый день мою душу рвет горькое сожаление о том, что недосказала, недолюбила, недооценила, пока она была рядом. Сколько раз мимо моих глаз пробегало высказывание: «Берегите маму, пока она жива», и я в этот момент невольно задумывалась: надо съездить, надо позвонить, надо сказать, что люблю... Но каждый раз останавливала себя: еще успею. Не успела. Последние полгода перед глазами настойчиво встают картинки прожитых лет. Словно кто-то сверху показывает мне слайды моих ошибок, чтобы усилить ту боль, от которой я и так не нахожу себе места.
Чаще других вспоминается сюжет, где я стою на перроне, а мама с влажными глазами и натянутой улыбкой провожает меня в город на учебу. Пожалуй, то был единственный раз, когда я крепко сжала ее в объятиях и звонко расцеловала в обе щеки. Но это, скорее, от радости, а не из-за горечи от предстоящей разлуки. Я так долго ждала дня, когда поезд унесет меня в свободную взрослую жизнь, что не обращала внимания на мамины вздохи и грустные глаза. Она все говорила и говорила, но я не слышала, я была уже там, далеко.
Поезд на нашей станции стоял двадцать минут, но я запрыгнула в вагон, едва проводник отворила двери.
– Постой со мной еще минутку, успеешь заскочить, – просила мама, не выпуская мою руку из своей.
– Ну что ты меня как на войну провожаешь, – разозлилась я. – Не за тридевять земель же уезжаю. Всего-то два часа езды.
Я выдернула руку и помахала вслед. Пока я раскладывала сумки, мама стояла у окна и пыталась разглядеть меня сквозь грязное стекло вагона, запомнить каждую черточку моего лица.
– Бабушка? – спросил молодой человек, сидящий у окна.
– Мама, – буркнула я. Мне почему-то стало стыдно, и я добавила: – Она поздно меня родила. Я подала знак рукой, чтобы она шла домой, но мама стояла до последнего, а когда поезд тронулся, пошла за вагоном, ускоряя шаг. Первое время я приезжала домой каждые выходные, но потом мои визиты стали случаться все реже. В будни я выматывалась на лекциях, а на выходных хотелось погулять с девчонками, пройтись по магазинам, сходить в кино, на дискотеку, в конце концов, но мама этого не понимала.
– Мариш, я же тебя целую неделю не видела, соскучилась, – начинала она давить на жалость, когда я сообщала, что не приеду.
– Мам, а если бы я в Москву уехала, ты бы тоже заставляла меня приезжать каждые выходные?
– Но ты же не в Москве...
– Мама, когда ты, наконец, поймешь, что у меня могут быть личные дела? – повышала я голос от раздражения. – Привыкай, что у меня скоро будет своя семья.
– Вот выйдешь замуж, тогда я не буду тебя беспокоить, сама буду вас навещать, – перебивала она, идя на примирение.
Потом я начала работать, и свободного времени не оставалось совсем. На тот момент у меня в самом разгаре были отношения с Лешкой, а мама умудрялась звонить в самый неподходящий момент – то во время свидания, то когда клиентов полный зал. Я раздражалась, она обижалась.
Как-то раз мы с Лешкой планировали выходные. Я получила премию и мечтала потратить ее со вкусом – сходить в ресторан, а потом снять отель в хвойной роще.
– Зай, а что если нам вместо ресторана съездить в деревню к твоей маме? – предложил Леша в пятницу вечером. – Соберем корзинку с бутербродами, устроим пикник на берегу речки. Я удочки возьму, ушицу сварим. Романтика! Тогда я покрутила пальцем у виска, мол, навидалась я такой романтики за семнадцать лет. А теперь думаю, как бы светились мамины глаза от радости, согласись я с Лешей.
А вот перед глазами другая картинка. У моей подруги намечался юбилей, и я размышляла, что бы ей подарить. Торжество обещало быть пышным, мне не хотелось ударить в грязь лицом, поэтому я потратила последние деньги на дорогой французский сервиз и заявилась в ресторан с шикарным букетом. А через неделю день рождения мамы. В кармане пятьсот рублей до зарплаты.
– Мариш, не вздумай мне ничего покупать, у меня и так все есть, – как обычно, предупредила она.
– Ну что ты, мам, как же я с пустыми руками, – произнесла я наигранно, а в душе даже обрадовалась.
Тогда я приехала к ней с китайским полотенцем за сто рублей, ведь ей действительно ничего не надо на старости лет. А сейчас сама себе признаюсь, что прекрасно знала: она давно хотела электрическую мясорубку – старую тяжело было крутить из-за больных суставов. Потом мы с мужем подарили ей эту мясорубку, но все равно на подарки друзьям я тратила больше. Когда родилась Аленка, я и вовсе забыла дорогу в отчий дом. Мама, конечно, нас навещала, но ее редкие визиты были коротки, ведь хозяйство надолго без присмотра не оставишь. Сколько раз я ей предлагала порубить этих кур и кроликов, но мамино упрямство одерживало верх. Только сейчас я поняла, что она жертвовала встречей с внучкой ради того, чтобы та ела свежие яйца и диетическое мясо. Как же больно теперь это осознавать!
Воспоминания травят душу, сжимая ее в тиски. Три года назад маму положили в областную больницу, в получасе езды от нашего дома. Я навещала ее торопливо: передам пакет с фруктами и бегу дальше по своим делам. Мы с подругой тогда только открыли агентство недвижимости, дел было невпроворот – встречи, договоры, постоянные звонки. Как-то сижу с мамой в палате, а телефон трезвонит без умолку.
– Отключи его хоть на минутку, расскажи, как Аленка, как Леша, – просит ласково мама держа меня за руку.
– Хорошо, не буду больше брать трубку, – соглашаюсь я, но в следующую секунду позвонила встревоженная коллега – срывалась крупная сделка.
Я наспех попрощалась с мамой и заспешила на выручку своего бизнеса. До сих пор помню ее безмолвный растерянный взгляд. Борясь с нахлынувшим чувством стыда, я пообещала себе, что завтра непременно пробуду у нее полчаса, но завтра снова возникли проблемы, и я вообще не нашла времени доехать до больницы. Скоро наш бизнес рухнул, я вернулась на прежнюю работу, и жизнь вошла в свою привычную колею. Теперь у меня на все находилось время, даже на то, чтобы зависать по вечерам в интернете, только не на маму. Я знала, что виновата, и каждый раз давала себе установку на выходных обязательно ее навестить. Но с приближением очередной субботы в мои намерения неизменно вторгалась какая-либо причина. То у подруги день рождения, то коллега позовет в бассейн, то Аленка невзначай заболеет.
Так и прожила я все эти годы, откладывая маму «на потом». Потом перезвоню, потом съезжу, потом обниму. В прошлом году у мамы обострилась болезнь – пришлось забрать ее на зиму к себе, чтобы подлечить. И хотя она помогала приглядывать за Аленкой, этот период совместного проживания доставил мне определенные хлопоты и беспокойства. Стычки на бытовой почве, постоянные советы, в которых я не нуждалась, и круглосуточная опека порой выводили меня из себя. Я срывалась, повышала голос, а когда весной мама изъявила желание вернуться домой, то не стала ее задерживать. Я отпустила ее с легким сердцем, хотя понимала, что она еще недостаточно окрепла.
И вот перед глазами последняя картинка. Я уложила Аленку спать и, как обычно, зависла в интернете. Листая ленту в соцсетях, наткнулась на заметку: «Посчитайте, сколько раз за день вы целуете своих детей, сколько раз в неделю дарите поцелуй мужу и сколько раз за всю жизнь вы поцеловали маму». Что-то кольнуло после этих слов, ведь автор попал в самое сердце. Ежедневно, укладывая дочку спать, я чмокаю ее в розовый носик и произношу традиционное: «Люблю тебя». Лешке я признаюсь в любви постоянно, а сколько раз я говорила эти слова маме? Ни разу. За всю жизнь.
В нашей семье не принято было говорить о своих чувствах. Я всегда знала, что родители меня любят, папа любит маму, и она его, но при этом никто не произносил этого вслух. Возможно, этот стереотип, зародившийся в детстве, и служил бы мне оправданием, но на душе было так мерзко и тошно, что даже оправдываться не хотелось.
Эта заметка на какое-то время ввела меня в ступор. Я отрешенно уставилась в одну точку и думала о том, какая же я все-таки неблагодарная дочь. Чтобы избавить себя от этих козней, я решила непременно сказать маме о своих чувствах к ней. В конце месяца у нее день рождения, и я даже представила, как обниму ее крепко, и прошепчу над самым ухом: «Мамочка, дорогая, я безумно тебя люблю».
А вечером следующего дня позвонила соседка из деревни и сообщила, что мама умерла. Как в бреду, организовывала я похороны, выслушивала соболезнования, а в голове стучала только одна фраза: «не успела... не успела...» А ведь я могла не ждать дня рождения и позвонить маме еще вчера. У меня были целые сутки, чтобы сказать слова любви самому дорогому человеку на свете.
Вот уже полгода осознание того, что я натворила, и эти воспоминания заходят в мою душу без стука, не пропуская ни одного дня. Я знаю, что это мне в наказание, поэтому не противлюсь и не стараюсь стереть мамин образ из головы. Но иногда, когда становится совсем невыносимо, что даже слезы не помогают, я пытаюсь отвлечься. Порой пролистываю свою страничку, и снова натыкаюсь на разные красивые слова. Только теперь я не ставлю пустые «классы», ведь, как сказал какой-то умный человек, если вы действительно любите свою маму, оторвите пятую точку от стула, выключите интернет и помогите ей. А я добавлю: обнимите и скажите одно только слово: «Люблю». Пока не поздно.

Прочитано 2357 раз
Другие материалы в этой категории: « Волшебная флейта Юные да ранние »
comments powered by Disqus