ПЕРВАЯ ВЕЧЕРНЯЯ ГАЗЕТА СТОЛИЦЫ
НЕФТИ И ГАЗА РОССИИ
Реклама  
Пятница, 01 Август 2014 11:09

Маменькин сынок

Автор  Юлия, 27 лет
Оцените материал
(0 голосов)

20140504152326-168727358Я кивала в ответ на слова соседки, хотя была не согласна с ней. Но разве станет женщина, слепая от материнской любви, слушать правду о своем драгоценном отпрыске?

Соседка Нина Петровна вытирала слезы на моей кухне. Мы с ней время от времени забегаем друг к другу – одолжить масло или пару яиц, иногда она просит меня сходить в аптеку за лекарствами. А иногда вот так плачет, жалуясь на жизнь. Правда, на этот раз ее обидело не правительство, выдающее маленькую пенсию, и не бывший муж, с которым она развелась двадцать лет назад. Нина Петровна до глубины души обижена на девушку своего сына.
– Понимаете, Юленька, ему никак не везет в личной жизни! А ведь он у меня такой хороший! Ну почему она его бросила? Шурочка сам не свой ходит, даже забыл мне вчера позвонить, так переживает. И чего этой стерве надо было?
Я молча наливаю соседке ее любимый зеленый чай, нарезаю лимон и старательно избегаю ее взгляда. Дело в том, что это имен но я и есть та самая стерва, бросившая ее Шурочку...
Мы познакомились с ним случайно, у подъезда, когда он как-то раз приходил к своей маме. И теперь я отлично знаю, что собой представляет ее обожаемый «мальчик» тридцати лет – да, выглядит он весьма импозантно, но это обманчивое впечатление.
– Знаете, Юленька, мой Шурик всегда отличался аккуратностью, с самого детства. И сейчас он очень любит чистоту и порядок. Да уж, хмыкнула я про себя. Довелось мне побывать в «холостяцкой берлоге» Шурика. Едва переступив порог, я потеряла дар речи: все сверкает и блестит, включая огромные окна, носки в ящике сложены в идеальном порядке, на кухне – начищенные кастрюли и сковородки... Помнится, поначалу даже зауважала Шурика за такое умение поддерживать в доме порядок. Это потом, спустя пару недель, я узнала, что все работы по приведению его жилья в пристойный вид проделывает Нина Петровна. Сам же Шурик, даже отправляясь в душ, бросает снятые носки и рубашку куда попало.
Впрочем, и те восхитительные супчики, на которые он меня приглашал, выдавая их за собственные, готовила Нина Петровна. А также котлетки, пельмешки и овощное рагу, которое меня, помню, приводило в восторг.
– А уж такого щедрого и заботливого парня, как мой Шурочка, еще поискать надо, – продолжала соседка, не забывая прихлебывать чай и заедать его вкусным, хотя и покупным, печеньем, – вы представьте только, Юля, он свою последнюю девушку, ну эту, которая его бросила, даже к морю возил! Видите ли, у нее такая мечта была.
Я постаралась сдержаться, и мне это удалось: не рассмеялась Нине Петровне в лицо, а только чуть улыбнулась. Но она все равно этого не заметила, выбирая в корзинке печенье поаппетитнее. А мне вспомнилось до мельчайших подробностей наше недавнее пу-тешествие к морю.
Разумеется, «щедрый» Шурик снял самую «убитую» комнату в самом занюханном поселке. Вокруг – ни деревца, ни парка, только степь. Море – да, было. Но, кроме моря, ничего хорошего я в этом отпуске не видела. Питались мы в столовой – и Шурик галантно предлагал мне на выбор первое или второе. Гуляли вечерами по улицами поселка – и мой кавалер покупал для меня через день мороженое, а через день пирожок. Когда же я заикнулась об экскурсии по горному Крыму или о прогулке на катере, Шурик возмущенно замахал на меня руками: по его мнению, это была лишняя трата 3999639 3eb2a18cденег. К тому же, прибавил он, лазить по горам и плыть на катере – очень опасно, лучше сидеть на лавочке у дома, наблюдая за полетом чаек и слушая звон цикад...
– А если бы вы знали, Юленька, какой он у меня умница! – заливалась соловьем Нина Петровна. – Я же храню все его грамоты еще со школы, он за пять минут любой кроссворд решит, ведь столько всего знает!
Меня потихоньку начинало колотить, и я, чтобы как-то успокоиться, тоже налила себе чаю, щедро плеснув в него коньяку.
Воспоминания не хотели от меня отступать. Однажды, гуляя вечером по парку, мы с Шуриком поспорили, сколько составляет марафонская дистанция. Шел какой-то шутливый разговор, я хохотала по каждому поводу, было очень хорошее настроение. И вот, услышав мою версию марафонской дистанции, Шурик вдруг оживился и предложил поспорить. На сто долларов. Мне снова стало ужасно смешно, я рассмеялась и согласилась. В ту же минуту он потащил меня к ближайшему интернет-кафе, набрал в поисковике «марафон» и обрадованно воскликнул: «С тебя сто долларов!» Мне бы призадуматься, но под влиянием хорошего настроения я почему-то решила, что он шутит, и снова залилась смехом, с трудом выговорив: «Отдам, обязательно отдам…»
Угадайте, какими были первые слова Шурика в наше следующее свидание? Правильно: «Принесла деньги?» Он продолжал мне напоминать об этих несчастных долларах при каждой встрече, наконец, я не выдержала и швырнула их ему в лицо. Шурик нисколько не оскорбился, быстро поднял заветную бумажку, тщательно разгладил и положил в портмоне. Настроение у него после этого явно улучшилось. И после этого случая он стал пытаться все время о чем-то поспорить со мной. Разумеется, на деньги. Но я благоразумно уклонялась, понимая, чем может закончиться для меня очередное пари с эрудитом.
– И знаете, Юленька, как бы ни сложилась его личная жизнь, я очень рада, что мой мальчик состоялся как профессионал. Его очень ценят на работе – таких программистов, как Шурочка, днем с огнем не найдешь. И вообще, он всегда справляется со всеми трудностями, как и положено настоящему мужчине.
Ага, «справляется». Я бы, может, и поверила, если бы однажды не стала свидетельницей прелестной сцены: в самый разгар наших ночных утех послышался какой-то странный звук из кухни. Шурик быстро накинул халат, помчался на звуки и обнаружил, что с потолка капает. Сцену, последовавшую за этим открытием, невозможно описать. «Мальчик» плачущим голосом кричал в телефон: «Мама, приезжай скорее, меня затопили соседи!» На дворе стояла глухая ночь – половина первого. Несмотря на это, мама примчалась через двадцать пять минут. К счастью, меня она уже не застала: я быстро оделась, вызвала такси и в скором времени спокойно спала в своей постели. Остальное я знаю со слов Шурика. «Мама быстро навела порядок – с соседа стребовала компенсацию, причем намного больше, чем стоил мой ремонт», – довольно ухмыляясь, сообщил мне на следующий день он.
– Вот бы моему сыну серьезную, порядочную девушку, чтобы по– настоящему заботилась о моем мальчике, – размечталась Нина Петровна.
От чая с коньяком щечки у нее порозовели, глаза заблестели. Похоже, она совершенно успокоилась и продолжала говорить просто по инерции:
– Понимаете, Юля, ведь у моего сыночка хронический тонзиллит. Ему нельзя простужаться, а сам он не всегда следит за собой.
Тут меня снова тряхнуло воспоминание. Шурик появился в тот день невероятно нарядный – он собирался вести меня в гости к своей маме. «Юля, ты обязательно должна произвести хорошее впечатление, – торжественно произнес он. – Если ты не понравишься моей маме, то я даже не представляю, что делать... Скорее всего, мы больше не сможем встречаться». Такое предисловие меня несколько удивило. Я размышляла, признаться ли Шурику, что немного знакома с его мамой, а он тем временем рассказывал, как она раскритиковала в пух и прах уже трех его невест. Что-то мне в этой ситуации категорически не нравилось, но я решила довести дело до конца – мне стало интересно, как отреагирует Нина Петровна на знакомство со мной в качестве будущей невестки. Однако до намеченного похода в гости было еще больше часа, и мы решили пока погулять.
И вдруг… Нет, никакой катастрофы не произошло – просто пошел небольшой дождь.
Зонты у нас были с собой, даже два. Что может быть романтичнее, чем прогулка вдвоем под теплым сентябрьским дождиком! Но мой суженый вдруг сильно расстроился и предложил вызвать такси, чтобы срочно ехать домой: «Я и так уже промочил ноги! А у меня – хронический тонзиллит! И неизвестно, с какой температурой я завтра встану, смогу ли идти на работу!» Мы вызвали такси, но Шурик поехал в нем один. Я пообещала позвонить, но вместо этого, вернувшись домой, отправила ему сообщение, в котором отказывалась идти в гости к его маме.
Вот уже почти месяц, как я не вижусь с этим маменькиным сынком. И, честно говоря, не хочется даже вспоминать о нем.
– Юленька, а можно еще чашечку чая? – вывел меня из задумчивости голос соседки. – Он у вас такой вкусный! И вообще, Юля, мне кажется, вы очень хорошая хозяйка. Надо бы вас с Шурочкой познакомить.
Не успела я отреагировать на такое предложение, как в дверь раздался спасительный звонок. Я побежала открывать. На пороге стоял... улыбающийся Шурик с одной-единственной розочкой не первой свежести в руках.
– Юля, я пришел поговорить с тобой, – бодро сказал он, входя в комнату, и застыл с раскрытым ртом.
– Мама? А что ты здесь делаешь? Можно, я не буду рассказывать, что было дальше? Просто теперь Нина Петровна со мной не разговаривает. Даже здороваться перестала, хотя мы по-прежнему живем в соседних подъездах. А все потому, что я обидела ее ненаглядного Шурика.

Прочитано 1468 раз
Другие материалы в этой категории: « Прощай, обманщица! Нельзя говорить «нельзя» »
comments powered by Disqus