ПЕРВАЯ ВЕЧЕРНЯЯ ГАЗЕТА СТОЛИЦЫ
НЕФТИ И ГАЗА РОССИИ
Реклама  
Суббота, 27 Сентябрь 2014 10:04

Покорная жена

Автор 
Оцените материал
(0 голосов)

20120121-rn2cdxkj4cjr25f1xfb1yk9ai8Я считала, что львиная доля вины за неудачный родительский брак лежит на матери. И обещала себе: в моей семье все будет иначе! Знать бы тогда, чем все обернется...

Я выросла в семье, в которой уважение друг к другу было не в ходу. Мама ни во что не ставила отца, обзывала его тряпкой и бесхребетным существом. Она любила повторять, что дом держится только на ней, а отец – никудышный хозяин. Дня не проходило, чтобы она не нашла повода на него поворчать, вспоминая при этом все его недостатки. Папа чаще всего молчал. Не обращая внимания на ее выпады, он равнодушно включал телевизор или утыкался в газету. Но иногда его безмятежному спокойствию приходил конец, случалось это чаще в те дни, когда он после работы пропускал рюмочку-другую. Мама, учуяв запах алкоголя, расходилась не на шутку, и тогда отец отвечал ей тем же.
– Скотина, опять нашел, где хлебнуть! Все нормальные мужики лишнюю копейку в дом несут, а ты на водку тратишь! Я себе второй год сапоги не могу купить, сволочь ты этакая! – кричала разъяренная мама.
– Хочешь сапоги – иди на вторую работу, – с ухмылкой отвечал отец, вальяжно развалившись на диване.
– Я тебе покажу вторую работу! Всю кровь из меня выпил, я и так ноги еле таскаю, вся больная, а ты... – тут мать обычно пускала в ход слезы.
– Иди реви в другую комнату, овца бешеная, – бросал отец, после чего у мамы мгновенно высыхали слезы.
– Это ты кого овцой назвал?!
И тут поднимался крик на весь дом с оскорблениями и нецензурной бранью. Я уже не запиралась, как в детстве, в своей комнате и не плакала, прося родителей остановиться. Я давно привыкла к такой обстановке в нашей семье и даже не представляла, что может быть как-то иначе.
– Мои родители не ругаются, они так разговаривают, – шутила я, а сама думала: «Почему они до сих пор не развелись?» Если маме, по ее словам, жить с отцом – одно мучение, почему от него не уходит? Однажды я задала маме этот вопрос, на что она удивленно подняла брови:
– Еще чего! Выгоню его, он прибьется к какой-нибудь бабе, а я останусь одна на старости лет?
У меня даже гвоздя в доме некому будет забить, а он будет на чужую семью работать? Ну уж нет! Женился, родил дочь? Вот и пусть теперь выполняет свои обязанности!
Я знала, что она лукавила. На самом деле ей было просто стыдно стать разведенкой. В те времена таких женщин считали ущербными, поэтому на людях мать всегда стремилась представить нашу семью если не счастливой, то, по крайней мере, «не хуже других». Когда родители не ругались, у нас действительно все было как у людей – мы ходили в цирк, ездили к бабушке в деревню, отмечали праздники. Но даже во время этих мероприятий мама ненароком цепляла отца. Насмотревшись на родительские отношения, я твердо решила, что такой семьи у меня не будет никогда. Я дала себе зарок, что ни одним плохим словом не обижу мужа и никогда не повышу на него голос. У нас будут совершенно другие отношения – построенные на взаимном уважении, доверии друг к другу и любви.
Замуж я вышла рано, в девятнадцать лет. Хотела поскорей сбежать из домашнего ада, а еще мне не терпелось построить свою семью и на деле показать родителям, как надо жить. Но не сложилось. Через год Петя погиб в аварии, и в двадцать лет я стала вдовой...
После пятилетнего перерыва я, наконец, снова познакомилась с хорошим парнем. До этого никого к себе не подпускала – сначала оплакивала мужа, потом зацик­лилась на учебе и ушла в себя. Мама начинала волноваться:
– Засидишься в девках, потом вообще никому не нужна будешь.
– Лучше одной жить, чем как вы с папой, – оговаривалась я.
– Ты меня не учи. Мужика в ежовых рукавицах держать надо, а если все время молчать в тряпочку, так он себя хозяином возомнит.
– Мама, мужик и должен быть хозяином в доме! И твоя беда в том, что ты до сих пор этого не поняла, – кричала я в сердцах и запиралась в своей комнате. Мама что-то ворчала вдогонку, но я ее не слушала. Уже из-за закрытой двери доносилось ее бормотанье:
– Ладно, чего сейчас попусту болтать, вот выйдешь замуж, тогда и буду тебя уму-разуму учить.
«Учить» меня она начала прямо в день свадьбы.
Отмечали в небольшом кафе. Гостей было немного: мы с Сашей пригласили только самых близких родственников и пару друзей. Уже ближе к полуночи, когда гости, наконец, забыли про «горько», а на танцполе остались самые стойкие, Саша и его друг Славик взяли бутылку водки и вышли на крыльцо освежиться. Славик проводил ритуал посвящения своего друга в семьянины, вспоминал о совместных приключениях и сыпал шутками. Когда он зашел за добавкой, мама толкнула меня в бок.
– Отбери у них бутылку, иначе на руках мужа домой понесешь, он уже и так тепленький.
– Мама, Саша сам знает, когда остановиться, – отрезала я. Потом, когда отец и все тот же Славик грузили бездыханное тело моего благоверного в такси, мама глядела на меня торжествующим взглядом. Во всем ее виде так и читалось: «Я же говорила. Слушай свою мать».
Но я не слушала. Я была верна своим убеждениям, что Саша – главный в нашей семье, и потому вела себя как восточная женщина – не перечила, не перебивала, не высказывала своего мнения. Мужу это безумно нравилось, и он души во мне не чаял.gena
– Ума не приложу, как мать и дочь могут быть такими разными, – напевал он мне на ушко, целуя пряди моих волос. – Ты же просто ангел во плоти!
От таких слов я покрывалась мурашками, и мне еще больше хотелось стать для любимого идеальной второй половиной.
Все друзья завидовали Саше, особенно Славик. Они встречались обычно у нас, потому что Славикова жена не любила, когда муж водил к себе дружков на кружку пива, а я никогда не противилась.
Мужчины допоздна засиживались на кухне или смотрели футбол, а я спокойно ждала мужа в теплой постели. Однажды я услышала, как Славик, уходя, обронил: «Чудесная у тебя жена, братан! Моя в такой час уже всех гостей бы разогнала». Я расплылась в улыбке и подумала – вот она, счастливая семейная жизнь. Все были довольны и счастливы, кроме мамы.
– Ты слишком много ему позволяешь, – поучала она меня при каждом удобном случае. – Я отца пьяного даже на порог не пускаю, а ты поощряешь попойки с дружками у себя дома!
– Мама, не сравнивай, у тебя своя жизнь, у меня своя, – спокойно отвечала я, не желая ругаться.
– Делай как знаешь, только потом не плачь, – обижалась она. – Кстати, на выходные едем к бабушке.
– Мы не поедем, у Саши были какие-то планы на субботу.
– Так потребуй, чтобы перенес свои планы на неделю! Что ты как курица бесхребетная в самом деле, слова ему сказать не можешь! – мама начинала выходить из себя, но я не поддавалась на провокацию.
Мы перенесем на неделю поездку к бабушке, – со вздохом отвечала я и клала трубку.
Такие стычки были нередки. Как правило, мама выжидала несколько дней, а потом снова бралась за свое.
Не позволяй ему задерживаться на работе, приучай к домашнему хозяйству, почаще обижайся, а иногда даже прикрикни. Не помогает? Постели ему на диване, пусть боится тебя потерять! – эти реплики напоминали фразы из книги «Как сделать из мужа подкаблучника». Создавалось впечатление, что мама выучила ее наизусть. Однако, судя по тому, что отец иногда давал ей отпор, воплотить свои мечты в жизнь полностью родительнице так и не удалось.
Четыре года я охраняла наш очаг от маминых посягательств, от насмешек подруг и главное, от своих амбиций, которые так часто просились наружу. Ведь моя выдержка, которой так завидовали Сашины друзья и над которой насмехались их жены, давалась мне нелегко, особенно первое время. Это только кажется, что быть послушной женой так просто. Но только богу известно, чего мне порой стоило промолчать. А ведь таких ситуаций было немало – когда я хотела встретить Новый год с мужем, а он потащил меня в компанию незнакомых людей, когда он одолжил Славику деньги и тот про них благополучно забыл, когда не отпустил к подруге на день рождения. Даже на ребенке я не настаивала, потом что Саша сказал – рано. Я молча сносила обиды и не смела роптать, потому что хотела оставаться для мужа ангелом. А потом просто привыкла к образу покорной жены.
Однажды вечером муж показался мне каким-то напряженным и задумчивым, будто готовился к важному разговору. Я ни о чем не спрашивала.
– Тань, нам надо поговорить, – наконец решился он.
– Говори.
– Мне кажется, что какое-то время... нам лучше пожить отдельно. Я ахнула и открыла рот.
– Ты шутишь?
– Нет, я серьезно. По-моему, мы устали друг от друга… По крайне мере, я устал.
В этот момент мне показалось, что сейчас случится что-то страшное – с небес прольется небывалый дождь или реки выплеснутся из берегов. Но вокруг все оставалось спокойным, только внутри у меня все похолодело. Я смотрела на мужа испуганными глазами и пыталась понять, что он имеет в виду. И когда до меня дошло, что смысл сказанных слов может быть только одним: нашей семейной жизни пришел конец, я разрыдалась с такой силой, что заглушила бы любой ливень. Саша стоял молча.
Едва успокоившись, я стала умолять мужа подумать. Что-то лепетала про кризис первых пяти лет, который бывает в каждой семье, про ребенка, который поможет все наладить… И пока я все это говорила, в голове стучало одно – только бы это был кризис, только бы не другая женщина!
– Тань, ничего не спасешь, да и не надо спасать. Я люблю другого человека, – громом прогремел надо мной голос Саши.
Мы долго еще говорили в тот вечер. Я поняла, что бороться бесполезно, что решение муж принял окончательное и что поделать ничего нельзя. Единственное, чего я не могла понять – чем соперница лучше меня? Ведь идеальнее жены, чем я, просто не найти! После долгой паузы муж ответил на мой вопрос.
– Она живая. А ты... ты никакая. Тебя будто вообще нет.
Я была настолько ошарашена таким признанием, что не могла вымолвить ни слова. А Саша продолжал, словно хотел выговориться сразу за несколько лет.
stock-photo-man-and-woman– Понимаешь, с тобой даже обсудить ничего нельзя – ни фильм, ни политику, ни друзей. Да, ты всегда слушаешь и со всем соглашаешься, у тебя даже мнения своего нет. Мне порой кажется, что я живу не с женщиной, а с тенью. Обида так обжигала сердце, что я начала задыхаться.
– Саша, как же так… Ведь я это все специально для тебя…
– Поначалу мне это нравилось, не скрою, – он сел на пол и обхватил голову руками, будто вспоминая прошлое. – Я даже не мог понять, за что мне такое счастье. А потом стало жутко надоедать. Ты все время молчишь, заглядываешь мне в глаза, как преданная собачка и все, все мне прощаешь! Сколько раз я пытался вывести тебя из себя, провоцировал, но все без толку – ты еще дальше пряталась в свою скорлупу. Помнишь, когда ты лежала с мигренью, а я упрекнул тебя из-за немытой посуды? Я ждал, что ты закричишь или хотя бы заплачешь от несправедливости, станешь упрекать меня в бессердечии, а что сделала ты? Ты встала и поплелась мыть эту чертову посуду! – он с такой злостью сжал кулаки, что на пальцах побелели костяшки, а когда успокоился, тихо произнес:
– Не могу я больше так жить. Мы же не на востоке, в конце концов. Мне нужны живые эмоции, страсть, а ты… ты амеба какая-то, бесхребетное существо.
Перед моим затуманенным взором сразу возник образ родителей. С ядовитой ухмылкой мать смотрела мне в лицо и хрипло кричала: «Бесхребетная!», а где– то позади маячил отец.
Чувствуя, что сейчас взорвусь от злости и обиды, я подскочила к мужу и со всего размаху ударила его по щеке. В то же мгновенье я очнулась и, поняв, что натворила, закрыла лицо руками. Но Саша только улыбнулся.
– Вот этого я ждал от тебя все эти годы, – после чего медленно встал и начал одеваться.
Уже в коридоре я схватила его за рукав и, все еще не веря, что это конец, запричитала:
– Милый, я ведь такая и есть! Я настоящая! Я больше не буду притворяться тихоней, ты только не уходи. Останься, и я покажу, какая я на самом деле!
Саша с грустной улыбкой посмотрел мне в глаза:
– Поздно. Я же сказал, что люблю другую.
Вот уже полгода я живу одна и каждый день корю себя за то, что произошло. Ведь все было в моих руках, но… я не заметила, как в желании достичь совершенства перегнула палку. Я мучилась, играя роль послушной жены, он мучился рядом со мной… А ведь все могло сложиться хорошо, будь я просто самой собой.
Иногда эти мысли прерывают другие: неужели мама оказалась права? Может быть, мне действительно стоило воспользоваться ее советом? Конечно, ее методы несовершенны и чужды мне, но зато папа уже много лет рядом с ней, а вот я одна.
Татьяна, 30 лет

Прочитано 3708 раз
Другие материалы в этой категории: « Неудачницы Взгляд скажет все! »
comments powered by Disqus